Ислам

В ожидании праздника

Последние десять дней Рамадана начали свое прощальное шествие. Всего через несколько дней начнется праздник…

Ожидая своего давнего друга, я находился в полном неведении насчет того, куда мы пойдем на этот раз… Так уж у нас было заведено: прогулки по ночным улицам, базарам и собраниям…

Когда я уселся рядом с моим лучшим другом Абдуррахманом, он задал вопрос, несколько меня озадачивший:
– У тебя есть выходной костюм? Ведь скоро праздник.
– Нет, – ответил я.
– Тогда, если ты не против, поехали к портному прямо сейчас!..
Я кивнул ему и недоверчиво спросил: «До праздника осталось всего несколько дней. Где мы найдем портного, который сумеет сшить костюм за такой короткий срок?!»

Ему явно не понравился мой вопрос. Промчавшись по улицам на приличной
скорости, Абдуррахман затормозил возле какого-то дома. На громкий крик моего друга вышел портной и поздоровался с нами.

Выяснилось, что они старые приятели… Абдуррахман пояснил: «Мы хотим радоваться празднику вместе со всеми и, конечно же, надеть новые костюмы». Портной рассмеялся и, похлопывая его по плечу, спросил:

– Сколько дней осталось? Почему же ты не пришел ко мне раньше?

Многозначительно потрясая руку портного, Абдуррахман предложил:
– Мы заплатим больше, но чтобы – к послезавтрашнему дню! – и тут же уточнил, когда он хотел бы забрать заказ.

Я же только следил за этими «трудными переговорами». Мой друг заплатил задаток и на прощанье подытожил: «Послезавтра. Не забудь!»

…Приближался рассвет, а мы все еще гуляли и развлекались… Ночь прошла, а никто из нас так ни разу и не вспомнил об  Аллахе! Кто знает, может быть, это была Ляйлят Аль-Кадр?! Мы предавались грехам  и считали, что расплаты не будет…

Расстались на рассвете… Ночь, бессонница и игры объединяли нас. Встретимся завтра опять, чтобы вместе гулять и веселиться… По ночам мы бодрствовали, днем же долгое время отсыпались…

Долгий сон с утренней зари до предвечернего времени… Пост без намаза… Случайные молитвы, идущие не от сердца…

Время поста, длившееся с первых проблесков рассвета до последних лучей заката, тянулось как сутки. Я старался убить его, делая бесцельные звонки по телефону или читая газеты и журналы.

Я ждал по обыкновению время разговенья, как вдруг ленивую тишину моего дома растревожил телефонный звонок, и в трубке зазвучал взволнованный голос одного из моих приятелей.

– Ты еще не знаешь, что Абдуррахман болен? – спросил приятель.
– Не может быть, – удивленно ответил я. – Еще вчера вечером он был абсолютно здоров!
– Но он все же занемог, – подвел черту в разговоре мой приятель.
Я не придал значения его словам, посчитав, что он ошибся. Как только прозвучал азан к ночной молитве, моментально зазвонил телефон.

Я снял трубку. Это был старший брат Абдуррахмана. Я подумал: «Что ему нужно? Может быть, он будет ругать меня за наши прогулки? Или кто-нибудь рассказал ему об одной из наших проделок или о ночных приключениях?» Но вместо этого его казавшийся бессвязным, прерывающийся всхлипываниями голос сообщил: «Абдуррахман умер!»

Я замер от неожиданности, не веря своим ушам. Я будто все еще видел своего друга, а его голос эхом звучал в моих ушах.

– Как умер? – по инерции задал я вопрос.
– Попал в аварию, когда возвращался домой. Его забрала карета скорой помощи.
Оказывается, Абдуррахман умер в больнице еще днем. Мое сердце отказывалось поверить, снова и снова передо мной вставал его образ.

Да ведь мы сегодня должны пойти на базар, а завтра – к портному забирать праздничные костюмы, – проносилось в моей голове. Но голос в трубке отогнал воспоминания, встряхнул мои мысли и сорвал пелену с моих глаз: «Завтра состоятся похороны с погребальной молитвой. Пожалуйста, сообщи его друзьям». Брат Абдуррахмана положил трубку, и я осознал, что это правда.

Земной путь моего друга закончился, дни его истекли. И я убедился в том, что все это действительно произошло, и что смерть – это момент истины, и что мы и в самом деле встретимся завтра, но не у его приятеля портного, а на кладбище. И вместо праздничного костюма на нем будет саван…

Я словно прирос к месту. Кружилась голова, мысли были рассеянными. Как-то само собой во мне родилось решение съездить в дом Абдуррахмана и выяснить обстоятельства катастрофы.

Сев в машину, я вытащил из магнитофона кассету с песнями. В воздухе разлился сильный голос имама мечети аль-Харам, читавшего Коран по радио. Я внимательно вслушивался в размеренное чтение, и в то мгновение мне казалось, что земля разверзлась, наступил День Суда, и люди восстали.

Заглушив мотор, я весь превратился во внимание, словно впервые в жизни слушал Коран. И когда имам перешел к чтению ду`а, слезы катились по моим щекам быстрее, чем тек голос имама. Рука потянулась к глазам, пытаясь сдержать их поток, но сердце не хотело успокаиваться. И слезы

омыли мою душу. И пред лицом Господа я заявил о своем искреннем покаянии и возвращении на Его прямой путь…

Я задумался: а с кем я дружу, провожу время? Те, кого я раньше ненавидел, превратились в моих самых любимых друзей. Те, в чей адрес я нередко отпускал критические замечания, стали в моих глазах самыми возвышенными людьми. И те, над кем я раньше посмеивался, теперь обладали святостью для меня…

…Я стоял на самом краю осыпающейся прибрежной скалы, над пропастью,
но Аллах проявил ко мне Свою милость. Спустя некоторое время душа успокоилась и в нее вселилась доселе незнакомая мне радость. Сердце наполнилось восторгом, а глаза излучали спокойствие и достоинство.

Мое появление у портного было довольно неожиданным. Я попросил принести свой костюм. Но он перевел разговор на Абдуррахмана.

– Почему же с тобой нет Абдуррахмана? – спросил он.
– …Он умер, – просто ответил я.
Портной не поверил и снова назвал его имя. Я же опять повторил:
– Абдуррахман умер.
Он недоверчиво принялся расспрашивать: на машине какой марки он ездит, какая у него манера разговаривать и прочее.
И я ему опять ответил:
– Да, да, именно он умер!!
Портной показал мне его костюм, и меня волной захлестнули воспоминания. «Неужели он в самом деле умер? Ведь его

костюм готов и лежит рядом с моим костюмом». Но у меня еще остается шанс на будущую жизнь, и, может быть, я успею исправить то, что было упущено мной раньше. И я вновь воздал хвалу Аллаху за свое покаяние и возвращение, покорность и здравомыслие… Но там, в прошлом, у меня остался брат. На его глазах – завеса невежества, а сердце его покрыто ржавчиной грехов! Разве я его брошу?.. И я пообещал себе, что не брошу его. Впереди у него – огонь, страх, трудности и мучения. Нет, не брошу я его после того, как Всевышний Аллах наставил меня на путь истинный…

Вот книга и вот кассета… я подарю их ему, и между нами состоится искренний и задушевный разговор…

Тогда как юноша ходил
По жизни легкими шагами, –
Довольный тем, к чему спешил
Он в этой жизни, и друзьями
Повсюду окруженный, слыл
Счастливчиком в расцвете сил, –
Как час назначенный пробил,
Печальный голос известил:
– О, отдых юноша забыл:
Как вор в ночи, прокрался вдруг
К нему мучительный недуг…
И некто говорил тогда:
– Померкла яркая звезда
В глубинах мозга самого,
Объяла ночь без сна его.
День ото дня сильней страдал
И вскоре безнадежен стал, –
Так тихий голос говорил,
Что о больном в тот час скорбел…
– Болезнь и бледность уж давно
Сокрыли цвет лица его.
И мрак ему глаза застлал, –
С тоскою некто вдруг сказал.
– Да отчего ж тускнеет свет,
А сердце страх парализует?
И некто говорил в ответ:
– Ты душу не зови родную, –
Ее на этом свете нет!

Абдуль-Малик Мухаммад Аль-Касем. На пороге будущего. Реальные истории из жизни арабской мусульманской молодежи

Вся информация на данном сайте публикуется вне рамок миссионерской деятельности и предназначена исключительно для мусульман! Взгляды и мнения, опубликованные в данной статье, принадлежат авторам и не обязательно отражают взгляды и мнения администрации сайта vhijabe.ru

Комментарии
Наверх